Вы знаете, как выглядит километр? А два? А пять?
И если ехать по относительно прямой трассе и смотреть на убегающую вдаль дорогу, километры мы не замечаем, потому как едем с немалой скоростью, не успевая принять масштаб расстояния.
То ли дело, горы. Здесь иные расстояния и иные порядки.
Вы хотели бы увидеть три километра простора? А пять? А сорок? Тогда вам стоило бы оказаться однажды хотя бы на одной из вершин горы Чатыр-Даг, что живёт в Крыму.
В этот раз мне повезло. Я оказалась на турбазе «Оникс» одна. Повезло потому, что была я здесь не в первый раз, но до этого каждый раз я была с какими-то людьми, походы, пешие туристические группы, и случалось так, что было слишком много разговоров, слишком много успеть дойти туда-то, тогда-то… А такие просторы, они требуют тишины, созерцания.
Чтобы осознать простор сорока километров стоило бы не дойти быстро до вершины и сделать победное фото (хотя в команде Олега никто не бегает), а присесть и понаблюдать хотя бы час прекрасное безмолвие горы. Молчать, смотреть и стараться не думать о том, что там, внизу. Не думать о работе и бизнесе, о том, в какой цвет покрасить стены на даче, в какую школу отдать детей, что-то такое, что требует нашего постоянного контроля, иногда его нужно просто отпустить.
В этот год, несмотря на июль, туристов в Крыму было особенно мало. Я приехала на турбазу ближе к вечеру. В офисе что-то напутали и меня не ждали, но все комнаты были свободны, выбирай любую. Я бросила вещи, переоделась и пошла прогуляться по обрывам.
Июль месяц, второй месяц без дождей. Нижнее плато горы цвета соломы. Лишь изредка можно встретить кустик все ещё цветущего лимонника крымского или же татар-чая. Пару раз встретился отцветающий чабрец. Отдельные маленькие и неизвестные мне цветочки тоже попадались, но они не изменяли общий вид картины.
Я дошла до обрывов и пошла вдоль, глядя вниз в ущелье. Здесь, наверху, ещё грело солнце, но вниз уже спустилась глубокая тень, в которой тонул лес, тонул шум шоссе Симферополь-Алушта, тонули мои воспоминания о прошедшем месяце в Севастополе, о долгой зиме в Москве, об удачах и неудачах этого года, тонули страхи и опасения перед будущим…
Я забрела достаточно далеко, здесь я ещё не бывала, и каждый раз картина менялась, но глубина всё так же продолжала захватывать дух… Выше по краю, в том месте где я вышла к обрывам, вдруг появилась машина и группа людей. Как хорошо, что я ушла уже оттуда. Сегодня особенно не хотелось встречать кого-нибудь.
Возвращалась я навстречу солнцу. Одинокие шмели кружили иногда над редкими цветами. Травы в золоте заходящего солнца представали передо мной как в театре теней. Огромный театр живой жизни планеты.
Я проводила солнце, скатившееся в далёкое море. Торжество тишины и света, простора, почти бесконечности.
Пока я ужинала, стемнело. Небо обсыпало звёздами. Неужели, я здесь? Там, где ветер, где звёзд так много, и где высится в темноте Гора, и куда бы ты ни пошёл, ощущаешь её молчаливое присутствие.
Наутро я пробудилась рано, не было ещё шести, но спать не хотелось. Темнота и тишина сделали своё дело, я выспалась.
Мы, жители больших городов, к сожалению, лишены этого простого права – здорового сна. Свет фонарей за окном квартиры, шум дороги, даже летом просыпаешься рано, не говоря уж про зиму. Но сейчас Москва и её зимние стужи, они были так далеко от меня во времени и пространстве, что казались не настоящими.
Я сварила кофе, овсянку, да, пары персиков будет явно недостаточно, что прошагать целый день.
В восемь я вышла. Чуть не забыла фотоаппарат, вернулась, взяла, и хоть не суеверна, погляделась в зеркало.
Из ворот — налево, на юг. Зашагала бодро и вскоре турбаза скрылась за перегибом.
Раннее утро, я одна, кажется, не только здесь, на плато, но и на всей планете. Потому что Чатыр-Даг — это целая планета, своя, непохожая ни на какие другие. Её внеземные пейзажи поражают взгляд и ни на минуту не дают забыть, что ты сейчас в каком-то ином месте, пустынном, великом, пережившем войны миров, гибель империй. Огромные белые камни торчат из земли, словно кости древних существ. А то вдруг округлые отверстия в скалах, будто сделанные по указу предводителя какой-то иной цивилизации. А карстовые полости, смотри под ноги, не оступись, можжевельник прикрывает тайны подземного мира горы.
Я одна на всей планете, но мне вдруг не страшно. Я чувствую, что это добрая планета, и она не даст меня в обиду.
Передо мной Гора — огромный каменный шатёр с двумя вершинами. И вот оно, величие, протянулась на три километра в длину и возвысилась на полкилометра над нижнем плато. Я замираю на несколько минут в благоговении.
Дорога становится тропой, тропа – тропинкой, тропинка всё уже, зарывается в лес и постепенно теряется. Я иду лишь зная, что солнце должно быть слева. И оно смотрит на меня сквозь листву деревьев, не даёт сбиться с пути. И кричат птицы, вспархивая испуганно из ветвей, что за чужачка здесь ходит?
Шаг за шагом. Зачем я здесь? Что я хочу о себе понять? Сгущается лес, сгущаются мысли. Под ногами толстый слой сухой листвы. Не вернуться ли? Но я иду вперёд…
Лес расступается, передо мной огромные можжевеловые поляны, а за ними тропа на перегиб. Иду с осторожностью по можжевельникам, он колет ноги, но это не страшно, я просто чувствую себя живой, способной чувствовать эти колючки, слышать птиц, смотреть, вдыхать, внимать… Теперь на подъём.
Дорога вверх часто обманчива. Тебе кажется, ещё немного, а новый шаг отодвигает цель ещё на два. Но если идти, однажды всё же дойдёшь. И я дошла до Эклизи-Бурун, поднялась к первой из вершин горы на высоту 1527 метров над уровнем моря. Step by step к горнему миру.
Здесь я бы могла уже завершить свой рассказ, потому что я увидела то, о чём рассказала в самом начале, но...
Огромные просторы передо мной, в каких теряется не только человек, но сама мысль о нём, вообще любая мысль. Симферополь внизу, а дальше на северо-восток Белая скала и ды́мки степей. Какой же она кажется незначительной отсюда, а ведь там такие головокружительные обрывы. И горы, горы, уже на запад, гряда за грядой. Не запомнить мне никогда всех их имён, но мне достаточно просто видеть, просто быть здесь… Ведь ещё месяц назад вообще не знала, сумею ли я этим летом доехать до Крыма.
А впереди Ангар-Бурун, вторая вершина, чуть пониже, 1453 метра. И до неё три километра простора верхнего плато. Но я не тороплюсь. Я сижу и смотрю вниз и вдаль. Потом в небо, где кружат сегодня чёрные вороны, то пронзительно крича, то вдруг скользя вниз, с шумом рассекая воздух крыльями ночи.
Нет мыслей, и не нужно, и некуда спешить, впереди ещё полдня. Впереди ещё чай из термоса и бутерброды. Впереди ещё неспешная тропа до Ангар-Бурун. А дальше спуск, и я увижу ещё один закат, и ещё одно небо горы в прекрасных звёздах. И верный пёс турбазы, Бари, добрый друг всех туристов, проводит меня выйдя за ворота. Гора молчаливо и дружелюбно будет смотреть мне вслед, пока я буду катить вниз по грунтовке, поднимая клубы белой пыли. И я включу красивую музыку, чтоб придать поэтичности моему отъезду. Чтобы волнующе думать, вернусь ли я когда-нибудь сюда снова. Но когда я вернусь, я пойму, что всё по-прежнему. Что гора всё так же молчаливо верна мне и дружелюбна. Что ветер всё так же усиливается к вечеру. Что рассыплются над горой всё те же прекрасные звёзды Крыма... Что может, я и вовсе отсюда никогда не уезжала.
Москва
15.09. 2024
. 